В. Демчук: «Из-за карантина транспортные компании вынуждены работать себе в убыток»

Карантин привел к катастрофическому падению транспортного рынка Украины. Об этом говорят данные официальных органов. По данным Госстата, в январе-мае 2020 года пассажирооборот предприятий транспорта составил только 48,4 % от объема за аналогичный период прошлого года. Сейчас рынок рейсовых автобусов, перевозок по областям только начинает восстанавливаться. За период ограничений компании-перевозчики потеряли персонал, подвижной состав, понесли финансовые убытки. Все это может привести к повышению стоимости проезда. Об этих проблемах в интервью ГолосUA рассказывает глава общественной организации «Союз перевозчиков Украины» Валентин Демчук.

– Сейчас продолжается адаптивный карантин. В каком состоянии находятся перевозчики после весенних ограничений? С какими убытками они выходят из карантина?

– Во-первых, насколько мне известно, потеряно около 30 % водителей. То есть водители или ушли на другую работу, или уехали заграницу зарабатывать деньги. Во-вторых, это техническое состояние автобусов, которые простояли три месяца. Там аккумуляторы повыходили из строя. Это тоже в пределах 30 % из-за того, что просто стояли и не работали. То же самое есть определенные проблемы с другими техническими аспектами – это и сальники и всякое другое. Это что касается автобусов. Что касается пассажиропотоков, перевозчики стояли три месяца, а в это время налаживались нелегальные перевозки 8-местными транспортными средствами. 8-местный транспорт считается как легковой автомобиль. 23 июня, что касается области, перевозчики должны выехать на маршруты, то есть мы все-таки добились того, что Кабмин отменил свое решение и позволил внутриобластные перевозки по сидячим местам в транспортных средствах. Это произошло 17 числа после нашей акции протеста. Было внеочередное заседание правительства. Слава Богу, ограничения удалось снять и уже с 23 июня по области выезжают автобусы – областные, пригородные и межгородские перевозки.

– Это в конкретной областях или касается всех регионов Украины?

– Прежде всего, это касается тех областей, в которых не действуют ослабления карантинных мер, где есть превышение эпидемпорога. До этого времени там были запрещены внутриобластные перевозки, только специальные.

– Вы сказали об убытках по подвижному составу, персоналу и пассажиропотоку. А в каких масштабах исчисляются финансовые убытки перевозчиков за этот период?

– Сюда входят в том числе налоги, которые платились несмотря на то, что транспорт стоял, сюда входят и страховки водителей и пассажиров, которые были проплачены, сюда входят техосмотры, которые были пройдены, а транспорт стоял. Убытки будут достаточно большими. Я знаю по некоторым предприятиям, что еще немного, и они не будут знать, что делать, в том числе это банковские кредиты. Несмотря на то, что никто не работал, банки работали и звонили, требовали выплаты кредитов, несмотря ни на что. Такая ситуация есть. Слава Богу, уже транспорт выезжает. Я думаю того пассажиропотока, который был до этого, не будет. И люди еще немного опасаются пользоваться общественным транспортом, да и нелегалы никуда не делись – как работали, так и работают.

Читайте также:  Число людей, заболевших коронавирусом в Украине, приблизилось к 700

– Убытки транспортных предприятий исчисляются сотнями тысяч гривен или миллионами?

– Все зависит от предприятия. Могут быть и сотни, могут быть и миллионы. Если это 300-400 работающих, то это будут миллионы.

– Помогли ли спецперевозки, которые были разрешены во время жесткого карантина? Оправдали ли они надежды транспортных предприятий, спасли заработок или поддержали текущее положение предприятий?

– Нет. Это была капля, которая была незаметна на общем фоне. Понимаете, перевозка пассажиров – это определенная технология работы с определенной регулярностью, пассажиропотоком и так далее. А поскольку пассажир не знает, едет транспортное средство или нет, ждать его или нет, и то неизвестно кого он перевозит, только определенный круг лиц, тут бизнеса не построишь. Тут только выжить в какой-то мере водителю, выплатить небольшую зарплату водителю и заправить транспортное средство. Прибыли оно не приносит.

– Какие-то компенсации будут от государства по этим убыткам? Перевозчики ждут чего-то или нет?

– Конечно, хотелось бы ожидать, надежда умирает последней, как говорится. Надежда остается, что где-то найдутся какие-то пути компенсации. Мы не говорили о прямой компенсации. Мы говорили, отсрочьте нам банковские платежи. Если транспортные средства стояли, но у них был пройденный техосмотр, для чего его снова проходить? Такие вещи, которыми государство, не сильно пострадав, могло бы пойти навстречу перевозчикам. Они добавили бы перевозчикам немного силы и вдохновения работать дальше. Но никто на это не идет. Наоборот, то, с чем мы столкнулись со стороны банковской системы – это вообще ужас. То же самое – налоговая. Я понимаю, что в бюджете средств не хватает, но как неработающие люди могут платить налоги? Где они возьмут на это средства? Это вообще никого не интересует. Перевозчик понимает: его успех в его собственных руках – если он выйдет на работу, как можно быстрее возобновит перевозки, появятся пассажиропотоки, тем быстрее он вернет назад утраченное. Без этого ничего не будет.

Читайте также:  Ю. Гаврилечко: «В обозримом будущем нас ждет очередной военный передел мира»

– Вы сказали, что 30 % водителей было утрачено. То есть это персонал, который перешел на другую работу?

– Да.

– Это были сокращения или просто люди не выдержали сидеть без работы?

– По-разному. В целом перевозчик не имел большого желания кого-то сокращать. В большинстве случаев людей отправляли в отпуска за собственный счет. Доходило до того, что водители ставили ультиматумы: мне нужно за что-то жить, что-то зарабатывать, увольняйте меня, я нашел другую работу где-то на строительстве или еду заграницу. Вот так.

– Помогло ли транспортникам падение стоимости бензина и других видов топлива?

– Пока транспорт стоит, это ничему не помогает. Начнем работать, посмотрим. Все будет зависеть от пассажиропотока. Да, снижение стоимости топлива – это составляющая себестоимости проезда. Но очень важный момент – это сам пассажиропоток.

– Есть ли случаи, когда компании перевозчиков перестали работать навсегда и вынуждены были продать свой подвижной состав?

– Я знаю, что по Украине есть такие компании. Сейчас компании выедут на маршруты, поездят в минус несколько недель. В такой абсолютный минус. Тогда начнутся движения. Будут и продавать, будет по-разному.

– Вы говорили о нелегальных перевозках. Насколько это серьезная проблема и насколько легальные перевозчики ощущают давление со стороны нелегалов, насколько они активизировались и мешают работать?

– У нас есть определенные сервисы, например, БлаБлаКар. Вы можете зайти и посмотреть маршруты, какие захотите: Ровно-Костополь, Ровно-Заречное, Ровно-Клевань, Ровно-Здолбунов. В любом направлении такие перевозчики есть. Но они не перевозчики, а нелегалы, они не платят налоги, не имеют трудоустроенных водителей, но они зарабатывают средства, потому что свято место пусто не бывает. На 8-местный автобус хватает. Я надеюсь, что когда выйдут перевозчики, труднее станет и нелегалам. Конкуренция свое дело сделает. Надеюсь, что пассажиры поймут эту ситуацию тоже. Как бы там ни было, но работать должен тот, кто платит налоги, потому что за эти налоги живет достаточно большое количество людей – и пенсионеры, и чиновники, и учителя, и врачи.

– Может ли после карантина исчезнуть определенное количество маршрутов, которые ранее работали, но после карантина они не возобновят свою работу?

Читайте также:  «Если бы Вера Брежнева была мужчиной»: появилось забавное фото

– Мы можем только догадываться. Скажем, маршрут Ровно-Заречное, там же не один автобус ездит, там ездило 10-15 автобусов. В день совершалось определенное количество рейсов. Могу сказать 100-процентно, что количество рейсов точно сократится в два раза. Будут такие рейсы, которые вообще не будут выполняться. Что касается самих маршрутов, то пассажиры все равно требуют какой-то доставки с одного места в другое. Какой-то пассажиропоток будет существовать, но в том виде, в котором он был до карантина, этого, я думаю, нам придется ждать достаточно долго.

– Будут ли перевозчики повышать стоимость проезда, учитывая проблемы, которые сейчас есть?

– Вы же понимаете, что на начальном этапе это вообще нелогично, потому что нужно возвращать пассажиров. Нужно, чтобы они пересаживались с нелегального транспорта в легальный. Конкуренция диктует то, что этого не нужно делать. Ну, поездят они с месяц, увидят, что у них получается, какой результат этого всего, а потом будут принимать решение, я думаю.

– Сейчас Кабмин говорит о второй волне коронавируса, что можем вернуться в те условия карантина, которые были весной. Как Вы думает, переживут ли перевозчики вторую волну жесткого карантина?

– Я не думаю, что наше правительство на это решится. Процентов на 95 я говорю, что на такой жесткий карантин правительство уже не отважится. Много и мы к ним стучались и много других предпринимателей. Объясняли, что все остановить – это не выход. На сегодняшний день состояние экономики нашего государства не позволяет нам пользоваться такими мерами, как в США, Германии, Франции. У нас нет такого ресурса, как у них. У нас нет такой подушки – ни у государства, ни у людей, ни у кого. Поэтому нужно отходить от методов необдуманных запретов, а нужно подходить к этому вопросу более гибко. То есть более локально отвечать на такие случаи волны заболеваний. Больше работать над контактами людей, больше ограничивать тех, кто имел контакты с заболевшими, и так далее, а перевозки должны существовать. Я вам скажу, в Германии перевозки не останавливались, в Италии не останавливалось метро. О чем тогда говорить? Останавливать бизнес нелогично. По моему мнению, все-таки наше правительство дошло до этого, хотя они живут далеко от людей.

В. Демчук: «Из-за карантина транспортные компании вынуждены работать себе в убыток»

По материалам: Голос

  • 1
  •  
  •  
  •  
  •  
  •