В Америке завершается невероятнейшей силы драма.

Американская политика — это и так лучшее в мире реалити шоу в прямом эфире, а сейчас там просто выкрутили ручку громкости на максимум. С поправкой на то, что в театре все похлопали и разошлись, а происходящее сейчас в Америке — по-настоящему, и будет отзываться еще долго.

Тем временем, в Америке завершается невероятнейшей силы драма. 

У нас о ней, кажется, совсем не рассказывают. В главных ролях там политики, которых у нас не на слуху; ну разве что появился, в эпизодической роли, и сразу пропал Мэтт Дэймон, пишет на ФБ журналист Глеб Гусев.

Американская политика — это и так лучшее в мире реалити шоу в прямом эфире, а сейчас там просто выкрутили ручку громкости на максимум. С поправкой на то, что в театре все похлопали и разошлись, а происходящее сейчас в Америке — по-настоящему, и будет отзываться еще долго. 

Драма выглядит так. 

В городе Бетесде, штат Мэриленд, вырастает парень. Вырастает он в ирландской католической семье — это значит, что стандарты набожного поведения в тебе закладывают с детства. Ты ходишь на исповедь и молишься перед сном, как чистишь зубы — то есть всегда. У тебя полная семья и ты вырос в культуре, где брак — это таинство. Твои родители любят друг друга, они поженились в юности и до сих пор вместе. 

Парня зовут Бретт Кавано. 

Мама служит окружным судьей. Пока Кавано еще пацан она репетирует с ним речи в суде, за семейным столом.

Она поощряет его стать юристом. Можно представить, сколько он делал (и до сих пор делает), чтобы мама гордилась. Он учится в единственной в стране школе Иезуитов — элитнейшем заведении. Там он капитан баскетбольной команды. Подражая отцу, лет с пятнадцати ведет дневник. 

Пока он учится в школе (то есть до 17-18 лет) Кавано — девственник. Дружит с девочками. Одну из подруг его круга зовут Рената. В выпускном альбоме он и его друзья в подписи на групповом снимке пишут «Выпускники Ренаты». Подпись сочиняет не Кавано, а один из его одноклассников. 

Дальше он учится в элитнейшем Йеле. Заканчивает с отличием. Становится юристом, помощником Генерального прокурора, потом помощником легендарного судьи Верховного суда, становится партнером в юрфирме, работает в Белом доме при Буше-младшем, потом идет в судьи. Все это время его прошлое проверяет и перепроверяет ФБР. 

Наконец, Кавано оказывается в шаге до мыслимого пика карьеры — президент Трамп номинирует его в судьи Верхового Суда. Малоизвестная подробность американской жизни заключается в том, что Верховный Суд определяет судьбу страны в куда большей степени, чем президент или, допустим, Конгресс. 

У Кавано есть проблема. 

Все его происхождение, религиозный бэкграунд, связанная с ним этика, образование, взгляды и темперамент — делает его консерватором. Он выступает против абортов и за свободную продажу оружия.

За то время, пока Кавано идет вверх по карьерной лестнице культура Америки преображается. 

Во-первых, католическую церковь сотрясают скандалы, связанных с педофилией. Популярная культура, которая определяет восприятие публики в куда большей степени, чем статистика, рисует закрытые католические школы как территории репрессированной сексуальности, которые воспитывают мужчин-хищников. 

Во-вторых, взгляды американцев поляризуются — консерваторы и либералы теперь воюют насмерть. Каждая из сторон рассматривает другую не как оппонента в идеологическом споре, а как мерзейшее существо, недостойное того, чтобы с ним спорить по сути, и смертельного врага. Президента Трампа ненавидит весь культурный истеблишмент. Его ненавидит качественная пресса, писатели, актеры и ведущие главных вечерних ток-шоу. В этих шоу не разбирают экономическую программу, и не судят политиков по тому, выполняют ли они свои предвыборные обещания. Они озабочены моральным обликом — не расист ли? не гомофоб ли? перестал ли пить коньяк по утрам? Малейшие подозрения трактуют не в пользу обвиняемого. 

Наконец, Америку накрывает четвертая волна борьбы за права женщин. По всей стране ловят мужиков за дела прошлых лет, под суд идут Билл Косби и Харви Уайнстин. Поп-культура отражает это в полной мере. Капитан команды в этой поп-культуре — это предводитель стаи насильников, как в сериале 13 Reasons Why.

Уроженцев республиканских штатов в кино изображают так: они ходят по заднему двору с флагом Конфедерации (топившей за рабство) и насилуют школьниц (см. сериал Sharp Objects). И тут президент Трамп номинирует в Верховный Суд консервативного судью. 

Пресса, которая каждый день содрогается от его твитов, немножко слетает с катушек. Она так долго рисовала Трампа порождением преисподней, что, кажется, поверила в это сама. На его соратников смотрят как на чертей с хвостами.

Несколько женщин обвиняют Кавано в изнасилованиях, в том числе групповых. Пресса подхватывает. На свет божий вытаскивают его школьный альбом. Подпись «выпускники Ренаты» трактуют так: Кавано с друзьями спали с ней по очереди, а потом самоутвердились за ее счет. 

Доказательств нет. Подтверждающих обвинение свидетельств нет — но есть обратные. Школьные друзья Кавано (гендиректора, священники, спортсмены) вписываются за него десятками. Женщины, с которыми Кавано дружит со школы говорят, что он не мог сделать ничего подобного. Рената пишет, что никогда не спала, и даже не целовалась с Кавано. Кавано поднимает старые дневники — судя по ним, он не мог находиться на вечеринке, где, как говорят, он изнасиловал ученицу той же школы. Одноклассники ученицы говорят, что такой вечеринки не было вообще. 

Ничего не помогает. На Кавано льют тонны дерьма. Кавано не везет — у него нет телевизионной харизмы, он шмыгает носом, его легко передразнивать. Он приходит на слушания в сенатский комитет в гневе — слушания отложили на десять дней; ущерб необратим, теперь его имя навечно связано с клеймом «групповое изнасилование», и неважно, что покажет очередная проверка ФБР. За десять дней на его жену, дочь и родителей обрушился шквал ненависти. Они присутствуют в зале, жена смотрит на него с болью, родители с гордостью. Несколько раз он чуть не начинает рыдать — ему приходится оправдываться, он явно унижен. По телевизору все выглядит так, словно он не может контролировать приступы гнева. Ведущие вечерних ток-шоу улюлюкают и кидают в него банановой кожурой. 

Они игнорируют все — семью, папу с мамой, его слова о том, что он был девственником, отзывы его друзей — все, что может говорить в его пользу. Даже самый вменяемый, мой любимчик Джон Оливер, выступает с аргументами типа — «да вы только посмотрите на эту рожу, разве он может быть хорошим человеком?». Мэтт Дэймон жестоко издевается над Кавано в скетче SNL. Все с лупой изучают выпускной альбом. По выпускному альбому видно, что — шок! сенсация! — пацаны в школе бухали пиво. Кавано припоминают все, но в особенности — как он помогал генпрокурору Кеннету Стару готовить допрос президента Билла Клинтона, избравшегося от Демпартии. Происходящее начинает походить на расправу из мести. 

Все это, на самом-то деле, вовсе не смешно. 

Утвердят Кавано в должности или нет — у нации будут серьезные проблемы. 

Если его не утвердят — значит конец презумпции невиновности.

Если утвердят — (демократически-либеральная) половина страны будет считать, что в центральном органе власти сидит насильник. 

Хорошо это закончится не может. 

C другой стороны, Америка переживала и не такое.

P.S. 10 октября Сенат проголосовал за назначение Бретта Кавано

Подписывайтесь на наш Telegram-канал,
Facebook и Twitter